Тайное обрезание в СССР

  • автор: Ашарон Бальтазар
  • любит писать с детства и нашел хороший выход для своего творчества на сайте chabad.org
  •  в настоящее время проживает с женой в Иерусалиме, где учится в Колеле
  • для предложений, критики или просто приветствия, вы можете связаться с ним по электронной почте asharonb@outlook.com

Реб Ханох Гендель Гальперин жил в исторически темное время – религия в СССР была уголовным преступлением, и любое упоминание о ней сразу же привлекало внимание властей, у которых везде были свои «уши».

Евреи решили либо продолжать соблюдать в тайне, либо просто полностью отказаться от своего наследия. Те, кому посчастливилось, бежали, но реб Ханох остался из любви к собратьям-евреям, чтобы раздувать искры, которые никогда не гаснут, из углей советского иудаизма. И это ему часто удавалось. Вот один из таких примеров.

В один очень холодный зимний день пожилая женщина подошла к реб Ханоху. Она представилась как Хая-Баша, вдова из другой части города. Шепотом она сообщила реб Ханоху, что ему нужно сделать обрезание ее внуку, и ответственность за это лежит на ее хрупких плечах. Ее сын Абраша не хотел иметь с этим ничего общего.

По словам матери, с самого детства Абраша проявлял пылкий патриотизм, вступал в коммунистические клубы. Со временем он серьезно продвинулся в партии; стал известен; был членом нескольких организаций, а также председателем местной партячейки.

В то время уже многие евреи вступили в коммунистическую партию, но некоторые из них все еще поддерживали связь со своими еврейскими корнями. Абраша был одним из них. В Йом Кипур Абраша мог ненадолго зайти в синагогу, чтобы посетить службу.

К радости Абраши и его жены, тоже еврейки, у них родился мальчик. Обрезать сына даже не приходило Абраше в голову, но его мама не давала ему покоя. Опасаясь за свою карьеру, Абраша был против этой затеи. Если кто-то ненадежный прознает об этом, его пребывание в партии быстро закончится.

Решение Абраши по этому вопросу пошатнулось, когда его мать заговорила о самоубийстве. Ее слезная мольба и угрозы растопили сердце Абраши. В конце концов, он согласился, но на двух условиях: обрезание должно было произойти в полной секретности и без его участия. Таким образом, Абраша мог бы избежать возможных последствий, обвинив свою мать.

Хотя за плечами реб Ханоха уже было несколько лет в Сибири за «контрреволюционную» деятельность, он не испугался. Он с радостью согласился провести обрезание, отметив: «Я так благодарен вам, Хая-Баша. С вашей помощью я удостоюсь установить вечную связь еще одной души с ее Создателем».

Приободрившись, Хая-Баша дала реб Ханоху адрес, и они договорились о времени церемонии. Реб Ханох дал женщине указания одеть ребенка в чистый подгузник, а также приготовить ванну с теплой водой. Реб Ханох отобрал двух надежных хасидов: одного в качестве сандака, а второго в качестве ассистента на обрезании – и по морозу отправился по указанному адресу.

В тихой маленькой квартирке все было подготовлено в соответствии с инструкциями. Мать малыша сидела одна в соседней комнате, не обращая на внимания мужчин. Между тем Хая-Баша суетилась вокруг них, следя за тем, чтобы все было как надо. Реб Ханох снял свою сумку, вытащил белый китл, который обычно носят в Йом-Кипур, и надел его; нацепил хирургическую маску. Через несколько минут реб Ханох искусно ввел ребенка в завет Авраама.

Поскольку ни один из родителей мальчика не присутствовал, чтобы указать еврейское имя, трое мужчин выбрали «Израиль» в честь святого Бааль Шем Това. Они решили так: именно Баал Шем Тов подарил своим последователям любовь к собратьям-евреям, что побудило их самих рискнуть жизнью ради этого ребенка.

Внезапно Хая-Баша услышала тихий зов. Старушка бросилась в другую комнату и снова появилась со своей невесткой. Глаза женщины были опухшими и красными. Глядя на хасидов, дрожащим от эмоций голосом, она сказала: «Хотя я не знаю ни иврита, ни идиша, я еврейка, мои предки были уважаемыми раввинами в разных городах. Я отошла от традиций, а мой муж – чиновник-коммунист. Однако я рада, что послушалась свою свекровь и согласилась на это обрезание. Конечно, мой малыш будет евреем и останется евреем».

Затем женщина уединилась с ребенком в своей комнате.

Реб Ханох достал из своей сумки маленький пирог. А Хая-Баша принесла из кухни бутылку спиртного. Празднующие сидели за столом, говорили «лехаим», чередующиеся со словами Торы. Время от времени слышалось спонтанное, но тихое пение. Оказавшись в своем мире, евреи даже не заметили сгущающихся сумерек.

Как только хасиды засобирались домой, раздался стук в дверь. Все застыли в страхе. Хая-Баша почувствовала подступающую панику, когда бросилась открывать дверь. Абраша, уставший после работы, вошел в квартиру и обозрел собравшихся. Он подошел к мужчинам, поинтересовался их здоровьем и даже извинился за то, что его задержали на службе. Хасиды поднесли ему «лехаим».

Реб Ханох набросил на Абрашу кипу и напомнил ему, чтобы он произнес благословение перед тем, как присоединиться к «лехаиму».

Несколько «лехаимов» спустя неуверенность Абраши растаяла, и он почувствовал себя свободно в обществе хасидов. Абраше казалось, что он не дома, а словно во сне – в старой синагоге со старыми друзьями. При поддержке реб Ханоха, Абраша стал вспоминать. О днях в хедере, о своих старых друзьях и о своем отце, который молился до полудня и часто плакал во время молитвы. Не в силах сдержаться, Абраша начал напевать мелодии из молитв отца. Слезы катились из-под прикрытых век.

На улице начало светать.

«Слушай, Абраша, — сказал реб Ханох, глядя Абраше прямо в глаза. – Несмотря на то, что в этой комнате нет никого, достойного пятки твоего отца, его праведная душа не может успокоиться из-за твоего нынешнего образа жизни. Ты должен начать ежедневно одевать тфилин, соблюдать Шабат, изучать Тору, есть кошерную пищу и вести раздельную кухню… И мы поможем вам на каждом этапе пути».

Абраша согласился. А поскольку было уже 6 часов утра, хасиды попрощались с ним и ушли.

Через несколько дней Абраша уволился со своей руководящей должности.

 


Этой историей поделился раввин Шломо Гальперин, сын раввина Ханоха Хенделя Гальперина.

Источник — Chabad.org

Перевод с англ. — Дина Эйдельман

© Mikva.ru — переведено с разрешения Chabad.org